Category: общество

Category was added automatically. Read all entries about "общество".

Искусство воспитания раба

Вы не замечали, что взрослые часто относятся к детям, как к неудобному объекту, который сильно усложняет их родительское существование? Как к назойливой мухе, от которой необходимо отбиться, как к маленькому негодяю, с которым нужно справиться любой ценой, и который, в свою очередь, только и думает, как сделать нашу жизнь невыносимой... Как будто речь о том, что мы всепонимающие ангелы, а они никчемные недоделки, которых главное сделать удобными для собственного пользования. Да, впрочем, и не для пользования. Так... лишь бы не мешали...

А чтобы не мешали необходимо создать четкий кодекс - что можно и чего нельзя, что для ребёнка является добром, а что злом. Отсюда - огромное количество взрослых утверждений, начинающихся словами "ребёнок должен". Должен понимать, должен есть, должен учиться, должен знать, должен уважать. Должен, должен и должен.

Не согласны? А вы взгляните на родительские форумы. И сравните их... со средневековыми советами по воспитанию раба.

Читаю: "Судя по описанию, ваша трехлетняя дочь - уже очень распущенная девочка. Если она не способна выполнять требования взрослых, нужно с этим что-то делать. Лучшее, что придумали наши предки - конечно, порка" (три смайлика).

Ещё цитата: "Если он начинает капризничать, нужно наехать на него хорошенько, чтоб неповадно было".

Раб, не имеющий права на личную жизнь, на собственные поступки и даже на человеческие эмоции.

Бесчисленны и пугающе однообразны инструкции по применению жестких методов так называемого воспитания. Жесткость и непреклонность объявляются главные добродетелями взрослого мира. Глаголы "наказывать", "заставлять", "пороть" не сходят со страниц форумов. Редкая личная история обходится без горделивого "я поставил его на место" или "нужно уметь заставить себя уважать".

Все наши обмороки по поводу физических наказаний, да и вообще насилия над детьми, увы, не ведут ни к чему и ничего не меняют. Предлагаю подойти к вопросу совсем с другой стороны. Давайте попробуем понять, какова ваша цель? Да, я не оговорился: конкретно - ваша? Когда вы, например, наказываете человека, чего вы на самом деле хотите? Почему выбираете именно такой путь взаимодействия - путь унижения, лишения свободы выбора и агрессии? (Ну, а если вы этого, к счастью, не делаете, попробуйте пофантазировать о своих знакомых)

Вопрос кажется простым, но, как будто застигнутые им врасплох, родители обычно предлагают самые странные ответы.Так, в одном из комментариев к моей статье читатель пишет: "нужно быть жёстче - если их жалеть, они научатся манипулировать..." И я в очередной раз поражаюсь такому странному кульбиту взрослого сознания... Разве не является совершенно очевидным, что если их жалеть - они научатся жалеть, неужели и правда непонятно? Ведь как раз обратное утверждение является признаком типично манипулятивного мышления.

За примерами далеко ходить не надо, выглядит это примерно так:

Если давать людям то, чего они добиваются, они "сядут на голову" ( а на самом деле, тогда они будут вам благодарны и научатся, вслед за вами, дарить радость другим),
Если почаще демонстрировать собственное недовольство поведением другого человека, он станет дисциплинированным (нет, это не так - он замкнётся, боясь собственных поступков),
Еесли ввести в людские отношения методы поощрений и наказаний (являющиеся на практике методами дрессировки, используемыми с животными), человек научится отличать дурное от хорошего (в то время как в этом случае он постепенно потеряет способность самостоятельно ориентироваться в морально-этическом поле).
Думаю, далее продолжить этот ряд способен каждый.

На деле же все значительно проще: система личного примера действительно работает как часы:

Если человеку хамить - он научится хамить,
Если наказывать - он станет мастером наказаний и со временем вернёт их окружающим с лихвой
Если лгать - станет лжецом
Разве простейшая логика (да-да, не наука педагогика, не любовь к собственному ребёнку, а просто логика) не приводит вас к мысли о том, что чему учишь - тому и научишь? И наоборот: невозможно постоянно подавая дурной пример - жестокости, жадности, ненависти, взывать к доброте, отзывчивости и порядочности.

Впрочем, сказать лучше Лермонтова у меня вряд ли получится. Напоминаю:

"Все читали на моем лице признаки дурных чувств, которых не было; но их предполагали — и они родились. Я был скромен — меня обвиняли в лукавстве: я стал скрытен. Я глубоко чувствовал добро и зло; никто меня не ласкал, все оскорбляли: я стал злопамятен; я был угрюм, — другие дети веселы и болтливы; я чувствовал себя выше их, — меня ставили ниже. Я сделался завистлив. Я был готов любить весь мир, — меня никто не понял: и я выучился ненавидеть. Моя бесцветная молодость протекала в борьбе с собой и светом; лучшие мои чувства, боясь насмешки, я хоронил в глубине сердца: они там и умерли. Я говорил правду — мне не верили: я начал обманывать <... > И тогда в груди моей родилось отчаяние — не то отчаяние, которое лечат дулом пистолета, но холодное, бессильное отчаяние, прикрытое любезностью и добродушной улыбкой. Я сделался нравственным калекой: одна половина души моей не существовала, она высохла, испарилась, умерла, я ее отрезал и бросил, — тогда как другая шевелилась и жила к услугам каждого, и этого никто не заметил, потому что никто не знал о существовании погибшей ее половины..."

Сказано, на мой взгляд, исчерпывающе и до боли точно. Как будто эти строки писал педагог-практик, знакомый с самыми современными педагогическими исследованиями. Что сказать, гений - он и есть гений...

А ещё понятнее у другого гения - Высоцкого:

"Если поросенком вслух, с пеленок

Обзывают, баюшки-баю,-

Даже самый смирненький ребенок

Превратится в будущем в свинью!"

Опять не верите? Опять найдёте тысячи возражений, скажете, литература одно, а жизнь другое? Ох, ребята, лучше не проверяйте...

Ещё один мотив подобного поведения был заявлен мне знакомой мамой, когда я предложил ей защитить девятилетнего сына от взрослого хамства её знакомого. Она возмущённо возразила: "Но ведь он должен быть готов к сложностям мира. В том числе, и к хамству! Его не всегда будут облизывать со всех сторон..." Тут я должен на миг остановиться и признаться, что и подобные жизнеутверждающие аргументы я слышал неоднократно. Полагаю, вы тоже с ними не раз встречались. Логика примерно такова: поскольку жизнь сложна и несправедлива (так, во всяком случае это звучит в устах апологетов данного подхода), устроим нашим детям "учебку" - будем потихоньку портить им жизнь сегодня, чтобы к своему будущему они подошли во всеоружии... То есть, научились тому, что такое настоящее хамство и предательство близких, и стали взрослыми безразличными жлобами.

Так вот, друзья, что хотелось бы сказать: хамство, к моему огромному сожалению, найдёт наших детей и без нас, с тяжелыми ситуациями в жизни они встретятся, вероятней всего, не раз и не два. Зачем же мы устраиваем им этот кошмар заранее? Зачем мучаем их, когда есть возможность спокойно жить, расти, знакомиться с миром? И заметьте, как сам язык предаёт нас, как в подобной ситуации любовь и принятие заменяется глаголом "облизывать". Как будто мама стыдится собственной любви, как будто она оправдывается перед мифическим судьей, который накажет её за излишнюю ласку по отношению к собственному ребёнку. "Облизывать!.."

Страшные и жестокие проявления близких могут только усугубить надлом в детском сознании. Мы же должны всеми силами отодвигать возможный удар, смягчать его, если он неизбежен. Это ведь именно то, что на умном языке называется родительской функцией.

Человек учится противостоять хамству, равно как и всякой другой гадости, когда у него появляется бесценный опыт созидающего и поддерживающего человеческого взаимодействия, когда он начинает ценить собственную личность и личность другого. Именно это учит ребёнка не давать себя в обиду, а равно - защищать других. А вот положение, при котором наглый взрослый, пользуясь собственной силой и статусом унижает его, учит его прямо противоположному - лгать, втягивать голову в плечи, пытаясь исчезнуть, а со временем - при любой возможности измываться над более слабым: в точности как учили.

Брутальный папа пишет в форуме о воспитании: "Лучший способ справиться (заметьте: справиться! Словно о стихийном бедствии...) с истериками - не обращать на них внимания. А если становится невыносимо (невыносимо, конечно, нам, просветленным родителям - кто берет в расчёт детское "невыносимо"!) - наказать как следует". Оставляя в стороне свои страшные догадки на тему "наказать как следует", обращу ваше внимание на типичный тон и подход: высшее существо пытается сладить с зарвавшимся мелким подонком.

Представляете, какой ад возникает в душе ребёнка? Мало того, что мне так плохо, я ещё и один! Один на целом свете. Не считая родителей, которые всегда готовы сделать так, чтобы стало ещё хуже...

И в качестве полировки, типичный аргумент взрослых: "меня тоже так воспитывали и ничего"... Что - ничего? Кому - ничего? Кто сказал вам, что вы прекрасны в своей узости, жестокости, агрессии, неспособности принять, даже не принять - хотя бы увидеть человека рядом с собой? Откуда известно, что эти методы воспитания привели к положительным результатам? Мы выжили? Вот уж действительно, и на том спасибо!

"Увязшие в собственной правоте, завязанные в узлы..." (с)

Один из старых родительских страхов (лично мне известный ещё от моей бабушки) - что мой ребёнок не подаст мне стакан воды в старости. Такая вот прозрачная аллегория. Если воспользоваться ею, можно не сомневаться: не подаст! Откуда ему взяться, этому стакану, если всю жизнь человека учили только жестокости, ненависти и тому, что когда тебе плохо, окружающие способны увидеть лишь твою манипуляцию?...

Впрочем, не буду слишком пугать читателя: стакан, может и подаст - общественное мнение, все-таки велит противостоять собственным желаниям и справляться с порывами. Но ненависть и к вам, и к этому стакану гарантирована.

Вы привычно спросите, что со всем этим делать... А я привычно отвечу: ровным счетом ничего. Все методы, упомянутые выше никому не нужны, никому не несут даже минимальной пользы. Ни наказания, ни "учебка", ни агрессия. Они лишь неуклонно, шаг за шагом ухудшают будущее - детское и наше собственное.

Просто пришла пора освобождаться от роли заложников чужих галлюцинаций и собственного прошлого, выхолощенной морали и представлений соседки о нравственности, навязанной этики и воспитательных симулякров.

Ведь все мы интуитивно знаем ответы. В том числе в ситуациях, когда творим зло, приговаривая "это любя", прикрываясь собственными страхами. И нет тут никакой родительской западни. Разве что тяжёлая иллюзия, морок. Нужно только сделать шаг в чудесный мир, в котором ждут те, кто любит нас больше всех на свете - наши дети. Они очень ждут. И, не сомневайтесь, они нам помогут.

Детский клуб самоубийц

Ужас в том, что детские самоубийства продолжатся. И станут происходить ещё чаще. И это, увы, совершенно точно.

На наших глазах происходит то, что к несчастью, должно происходить: молодые люди разного возраста не справляются с такой действительностью и выбирают единственный выход – прервать этот кошмар.

Поясню. Сравнительно недавно (лет 25 назад) ситуация для человека 13-17 лет была пусть не идеальной, но безусловно понятной. Его жизнь, сосредоточенная на пятачке, оставленном ему для существования институтами подавления – в первую очередь, школой и семьей - текла своим чередом. Все вокруг были несвободны, мир был сер и предсказуем. Возраст совершеннолетия манил намеками на относительную независимость. Все это вполне вписывалось в общую картину действительности. «Взрослое» право на подавление личности практически не могло оспариваться самой этой личностью. Да, и тогда было горько от того, что тебя не понимают, от отсутствия права на самое себя, однако, что поделаешь: вероятно, так устроена жизнь...

Сегодня же ситуация принципиально иная. Осязаемая открытость мира, проявляющаяся, в частности, уже в самом наличии социальных сетей, в открытом общении с сотнями собеседников, в возможности с легкостью дотянуться до любой информации, привела к тому, что индивидуальная цена личности резко пошла вверх. Что особенно важно – в глазах самой личности. Что еще более важно – это ощущение многократно усиливается максимализмом прекрасной поры переоценок, именуемой переходным возрастом. Да-да, что бы ни говорилось о "закручивании гаек", один тот факт, что человек может за несколько минут создать и продемонстрировать миру собственное творение (неважно, идёт речь о музыкальном клипе, фотографии или статусе в социальной сети), меняет всю систему его отношений с действительностью. Он становится её созидателем. У него априори появляется право (замечу, подтвержденное практикой право) на собственное мнение, независимые суждения, личные оценки. То есть то самое право, даже намек на существование которого, так часто приводит в состояние неистовой злобы многих взрослых. (Замечу, в парадигме повсеместного унижения детства одно только признание этого права уже способно перевернуть мир)

Так вот, когда человек живет с ощущением того, что он способен изменить мир, повлиять на него, сделать его лучше, а в школе, например, сталкивается с принципиально иной системой координат, в которой нет места ни творчеству, ни личностному проявлению, ни свободе, когда, наоборот, именно за созидание и собственную позицию его наказывают и проклинают, в душе его возникает жесточайший конфликт. И за спасением он отправляется туда, где, по идее, должен быть тыл, пространство покоя и любви - то есть, в семью. Если же и дома, вместо ощущения любви и покоя, он сталкивается с насилием, граничащим с изощренными пытками, человек может просто не выдержать. А пыткой в этой ситуации может стать даже самая простая нотация, типа "я столько раз тебе говорил, что такое поведение не доведет до добра". То есть переход родителей на сторону взрослого мира, который воспринимается как окончательное предательство. И, кстати, безусловно, им и является.

Сегодня право человека на самого себя осознается намного раньше и намного острее, чем еще несколько лет назад. И выходит, что с одной стороны человек вследствие разнообразных процессов раньше начинает любить и ненавидеть, раньше понимает разницу между первым и вторым, раньше готов проявить себя через осознанное действие. А с другой – вынужден находиться в рамках системы подавления, действующей под прежними лозунгами «созидания личности» (по-видимому, из праха, именуемого детством), и оправдывающей себя наличием неких псевдо-важных псевдо-функций – воспитание, образование, формирование и пр. И это уже не конфликт, это настоящая война. А точнее – бойня.

«Двум богам служить нельзя». Именно поэтому мальчики и девочки взрывают эту действительность таким страшным способом – через самих себя.

"Но ведь речь идет о "ничтожном меньшинстве", - скажут мне. Да, пока речь о единицах (единиц этих - вдумайтесь! - в России уже 16 на каждые 100000 подростков), о детях с особой организацией нервной системы, я бы сказал, об особо тонких детях, но разве есть у нас право успокаивать себя этим? Особенно сейчас, когда стороны этого конфликта ужесточают свои позиции. Кто будет следующим? Кого из них настигнет состояние надрывного отчаяния, из которого не найдётся другого выхода, кроме прыжка в бездну?

И как часто представители взрослого мира, столкнувшись с очередной трагедией, безвольно разводят руками и лепечут: "Мы ничего не замечали... Все было как у всех... как всегда..." Вот в этом-то "как всегда" и сосредоточена правда. Все уже лет сорок не "как всегда", неужто не заметили?

Вероятно, кто-то с радостью попытался бы сделать из вышесказанного и прямо противоположный вывод: необходимо окончательно закрепостить детей, лишить их возможности общения, лишить даже относительного права на личностное проявление, посадить на цепь и сделать заложниками собственных представлений.

Но в том-то и дело, что сегодня это совсем невозможно. Драматургия современного мира не позволяет. Думаю, даже самые закостенелые реакционеры это понимают.

Несколько лет назад я написал, что нынешнее поколение школьников увидит полный распад современной системы образования. Мы все еще в начале этого процесса, хотя он больше и больше набирает обороты. Многое еще можно изменить. И менять нужно срочно, если мы не хотим, чтобы этот каток проехал прямо по нашим детям. Да-да, и по вашим тоже.

А начать нужно вот с чего: ДАЙТЕ ДЕТЯМ ТЫЛ!

Пусть у них будет хотя бы одно место на свете, где можно отлежаться, собраться с силами, отстраниться хоть на время от этого неизбежного и разрушающего их конфликта. Просто почувствовать себя среди своих. И отдохнуть.

Взрослые игры

Нам часто кажется, что дети живут себе в своем детском мире, не обращая внимания на политику, идеологию, ежедневную взрослую практику. Да и правда, на что тут смотреть - сами взрослые ведь просто играют: сейчас одни времена, раньше были другие, потом настанут третьи. Нам кажется, что в случае чего и сами мы можем переписать набело все, что не понравится в черновике - и за себя, и за наших детей. Ничего ведь нигде не фиксируется.

Так вот, у меня, увы, пренеприятнейшее известие: оказывается, что набело не переписывается, что фиксируется, что записано навсегда. Причем именно у детей.

Дело в том, что недавно в Колумбийском университете вышло исследование, однозначно доказывающее: детям самим не выбраться из идеологических дебрей, в которые их заводят взрослые. Заводят часто незаметно для них самих.

Изложу вкратце самое главное. Участниками исследования стали те, кто родились с 1910 по 1980 годы. Изучалась зависимость личного мировоззрения от идеологической индоктринации в детстве. В частности, авторы исследовали глубину и характер антисемитских взглядов разных поколений немцев (напомню, антисемитизм был одной главных составляющих нацистской идеологии, поэтому и, что называется, "ухватить" его достаточно просто).

Вот что выяснилось: те, кто подверглись активному и массированному идеологическому воздействию в детском и подростковом возрасте (в исследовании те, чьи школьные годы совпали с периодом нацистского режима), остаются под этим влиянием всю оставшуюся жизнь. Иными словами, вера в то, что преподносили нам взрослые (почти все взрослые) как непреложную истину, в большинстве случаев живет в нас и после того, как, казалось бы, становится очевидным, что истина оказалась ложью. И после того, как эти самые взрослые, спохватившись, кидаются исправлять содеянное, сделать уже ничего нельзя.

Более того, и родившиеся в 1939 году, то есть те, кому к 1945 было всего 6 лет, и сегодня в той или иной мере демонстрируют стойкую приверженность идеологии антисемитизма. То есть даже те, кто в силу возраста не подвергся структурированной образовательно-идеологической атаке, кто вполуха слышал радио, вполглаза видел плакаты и кинофильмы, оказались совершенно беззащитны перед натиском. Им, представьте, хватило уже одного воздуха, в котором они тогда жили.

Одновременно с этим достигшие подросткового возраста до прихода к власти нацистов, а равно и родившиеся после падения рейха, демонстрируют уровень антисемитизма в разы ниже, чем те, кто ходили в школу, слушали радио, смотрели фильмы в конце 30-х - начале 40-х. Понимаете, что это значит? Детская уверенность в правоте нацизма выше, чем даже у тех, кто эту идеологию утверждал, реализовывал, прививал. Успех действительно просто ошеломляющий. Прочтите и ужаснитесь: дети не просто усваивают индоктринирующую информацию, она становится их вторым "я". И в те правила, которые взрослые когда-то преподнесли им в качестве безусловной истины, они верят безоглядно и всецело. Мы кривляемся, надуваем щеки, прекраснодушничаем. На периферии сознания мы верим, что с годами они сами разберутся. Нет, не разберутся - для них воспринятый материал оказывается основной жизненной направляющей.

Представляю себе какого-нибудь нациста-идеолога, который, потирая руки приговаривает: "Ничего-ничего! Пусть сам я и не успел до конца поверить в еврейский заговор, что ж - придется немного поиграть. Но зато мои птенчики станут настоящими винтиками, на которых будет держаться идеология". И настоящая беда заключается в том, что он оказался совершенно прав: антисемитизм тех, кого он "воспитал", более чем в два раза выше его собственного.

Два вывода показались мне просто убийственными. Первый: нацистское самосознание учеников оказалось по истечении времени намного (в разы!) прочнее, чем у учителей. И это при том, что "учителя" реализовывали идеологию на практике, а "ученики" лишь внимали ей. Напомню еще раз, речь и о тех, кому в 1945 было всего шесть лет. И второй: ЭТО навсегда. Что бы ни произошло, как бы не старались государство, общественные деятели, коммерческие и некоммерческие организации что-то изменить, шансов практически нет. "Подарок", преподнесенный когда-то взрослым миром на все времена остается с бывшими детьми. И избавиться от него невозможно. Меняются взгляды следующих поколений, даже мировоззрение поколения отцов оказывается намного более гибким. И только те, кто пережил идеологическое целенаправленное изнасилование, обречены на всю жизнь застрять в этом дне сурка. Навсегда!

Напомню, что означает сам термин "индоктринация". По определению Лаборатории по Изучению Восприятия "WorldNet 2.0" Принстонского университета это "обучение кого-либо доктрине, без включения критического восприятия". В рамках индоктринации, таким образом, преподносится некая информация и одновременно навязывается личности определенный, как будто раз и навсегда установленный субъективный взгляд. С практическими инструментами индоктринации как будто все ясно: просто нужно, чтобы большинство "взрослых" источников транслировало одно и то же: школа, радио, телевидение. Но помимо непосредственного воздействия на личность, необходимо еще и создать условия, в которых любое сомнение становится почти преступлением. "Не надо думать - с нами тот, кто все за нас решит" (с). Использование оборотов типа: "Мы в едином порыве принимаем (одобряем/осуждаем/поздравляем)...", "Любой честный гражданин это поддерживает (отвергает)", "Только человек, который не любит Родину может заявлять такое..." является важнейшей чертой индоктринации. И, заметьте, по результатам исследования получается, что именно этот, с позволения сказать, "педагогический подход" является самым успешным. Пока мы "паримся", сомневаемся, ищем, всегда находятся люди, которые идут прямиком, используя для этого все доступные средства. Возможно, они делают это не со зла, возможно сами они и не верят до конца в то, что проповедуют, возможно, они просто транслируют, не особо задумываясь, чужие мысли, или в этом состоит их работа - все оказывается неважным. Принцип "единства педагогических требований", возведенный почти в абсолют снова отчаянно рулит. Тот самый принцип, который, если вдуматься, является прямой противоположностью гуманистического подхода - ведь если все люди разные, то следовательно и единством требований невозможно заменить человеческое взаимодействие.

Нужна вакцина. И эта вакцина давным давно изобретена, имя её - вопросы и сомнение. Неважно, к какой идеологии мы себя относим (если вовсе), неважно, что поддерживаем, а что отвергаем. Если мы хотим, чтобы нас окружали свободные, думающие, красивые люди, главное, что мы можем и должны дать детям - умение сомневаться и ставить вопросы. Снова и снова, не удовлетворяясь найденными ответами, задавать вопросы. И ни в коем случае не принимать безоглядно то, что дано свыше. В противном случае мы цинично строим безальтернативное будущее, возможно, и сами о том не задумываясь.

Искусству сомневаться и задавать вопросы сравнительно легко обучиться. Мы ведь на самом деле владеем им от рождения. Правда, возможно, с годами навыки немного подзабылись. А возможно и помогли нам их подзабыть.

Но это ничего - справимся. Кроме нас-то всё равно больше некому...

Шокер как симптом

История безусловно ужасная. И все-таки одно "но" второй день не дает мне покоя.
Когда право на физическое насилие над детьми считается по умолчанию общепризнанным, более того - воспитательно оправданным, неизбежно стирается грань между можно и нельзя. А оно, увы, таковым считается.
Вчитайтесь: "нельзя было применять ТАКУЮ чрезмерную силу, нельзя было наносить ему ТАКИЕ увечья и, после этого, еще бросить его на улице и уйти". Это, с позволения сказать, высказывание принадлежит знаменитому защитнику детей по имени Астахов.

Ну конечно: шлепок по попе в воспитательных целях - это базисное право родителя, часть особого пути (помнится, примерно таков был дискурс народного гнева, когда в Финляндии арестовали российского отца, самозабвенно практиковавшего этот метод воспитания), оплеухи которые регулярно раздаются тысячам мальчиков и девочек, дерганья детей за руки, сопровождаемые истеричными оскорблениями - все это в порядке вещей. Или не в порядке? А если не в порядке, то где она, граница?

Граница, кстати, есть. И она прописана в законе. Который однозначно предусматривает наказание и за шлепок по попе, и за оплеуху. Только вот параллельно закону как будто существует общественный сговор, причем снизу доверху. "Что ж мы, как на западе, будем в тюрьму родителей сажать за шлепок?", - насмешливо вопрошал по радио министерский чиновник. Конечно, не будем! Бить! Бить! Бить! Желательно без синяков, но всеми доступными способами. А оправдание найдется. Особый путь, традиционные методы воспитания, тяжелая судьба. А в данном случае под рукой так кстати оказывается и проверенное веками объяснение: мальчик-то цыган - то есть вор и попрошайка. Такому спуску давать нельзя. И уже раздается привычный гул в комментах: "да, конечно так жестко не стоило, но что же делать несчастному охраннику-то? Его ведь достали!" Слова точь-в-точь такие же как звучат в оправдание любого насилия, в том числе и шлепка: достали. И - оглянитесь - охранник этот убогий живет рядом с нами. И начинал он, поверьте, со шлепка. От которого до шокера, если вдуматься, не так уж и далеко. Особенно если определяется это расстояние на глазок - как, похоже, и определяет его известный защитник детей. С нашего молчаливого согласия.

Родители - детям

Дорогие наши!
Пришло время признаться: мы очень вас любим. Почти всегда. Любим как умеем, ведь никто не учил нас любить. Но мы, правда, очень-очень стараемся. Когда есть на это силы.
Мы ужасно боимся. Боимся всего на свете: ваших новых друзей, болезней, осуждения соседей, школы, будущего, прошлого. Мы цепенеем от этого страха и поэтому совершаем многие ошибки. Знайте: в большинстве случаев, когда мы выглядим такими агрессивными и несправедливыми, мы просто находимся в состоянии шока и не можем, не умеем из него выйти. Поэтому так часто мы кажемся вам несдержанными, раздраженными, злыми. Пугаясь самих себя и своего поведения, мы раз за разом повторяем одно и то же, надеясь, что именно это и запомнится вам, надеясь на ваше прощение в будущем: "Мы делаем все это любя, потом будете нас благодарить". Какое там благодарить... Честно говоря, мы и сами в это не верим, но нужно же что-то говорить, как-то держаться на плаву. Потому и сами мы уныло повторяем, что благодарны своему прошлому. Каждый раз мы даем себе слово измениться, но снова и снова проваливаемся в эту пропасть жуткого страха, выходом из которой становится новая агрессия. Так часто вели себя по отношению к нам, поэтому еще до того, как мы успеваем подумать, сама собой выскакивает привычная подсказка: "отругай его, лиши его воли, отними у него право на ответ". И мы делаем это, оставляя вас незащищенными и растерянными, выдавая свой собственный кошмар за воспитание, прикрываясь самыми изощренными формулировками. Что нам делать? Мы и сами не знаем, как вырваться из этого порочного круга...

Мы мешаем вам идти собственным путем. Поверьте, мы делаем это не специально: мы просто очень сильно запутались. Со всех сторон твердят нам, что и как НУЖНО делать, и никто - НИКТО - не спрашивает, чего нам хочется. В определенном смысле мы и забыли как это - "хотеть". Потому мы и вас лишаем права на хотение: так мы стремимся оправдать самих себя. Так мы делаем вас себеподобными, ведь тогда мы можем сказать "все люди такие". И получить иллюзию спокойствия хотя бы на время. Чтобы потом снова усомниться и сорваться.

Мы прерываем вас в тот самый момент, когда делать этого нельзя ни в коем случае. Когда вы останавливаетесь посмотреть на яркий цветок, мы немедленно вспоминаем, что пора домой, когда вы задаете нам неудобный вопрос, мы, вместо того, чтобы вместе найти ответ, начинаем что-то врать о срочных делах, мы не даем вам сделать ни одного шага, поскольку боимся что он окажется ошибочным. Мы уже попросту привыкли в любом поступке искать опасность и подвох. В глубине души мы знаем: это просто наша родительская галлюцинация, но нас так часто учили, что мир опасен, что мы и сами в это поверили.

Мы отчаянно убеждаем вас в том, что знаем правильные ответы на любые вопросы, а сами впадаем в ступор при первых же отклонениях от заданного когда-то курса. И потому не позволяем вам отступать даже на йоту от правил, которые для нас самих давным-давно уже ничего не значат.

Мы хотим быть успешными родителями. Нам кажется, что общество требует от нас этого. Но общество огромно и аморфно и, конечно, ничего не может от нас требовать. И так страшно всерьез задуматься о том, какой вывод из этого следует. Поэтому мы вновь и вновь выдаем собственную дурную привычку за норму общепринятой морали.

Пожалуйста, помогите нам, дайте второй шанс! Научите нас пробовать мир на ощупь, научите не бояться, удивляться, хотеть. К сожалению, сила находится на нашей стороне: научите нас правильно ею пользоваться, а лучше - не пользоваться вовсе. Будьте терпеливы с нами - мы так часто сами не ведаем, что творим.

У нас есть лишь одно смягчающее обстоятельство. Мы вас любим. Почти всегда.
Примите это если получится, и простите нас.
И прощая - поступайте по-своему.

О профессиональном самоопределении и профориентации

Все начинается с невинного на первый взгляд,  а по сути - наипошлейшего вопроса, обращенного к человеку лет 5-6: "Кем же ты хочешь быть, когда вырастешь?" Сама постановка вопроса, если вдуматься, подразумевает полную никчемность объекта: "сейчас-то ты, понятно, никто и ничто, а вот когда вырастешь - другое дело!.. Это ведь так важно, кем ты будешь, намного важнее чем то, кем ты являешься сейчас!"*
*(И, кстати, никогда не понимал, как можно на этот вопрос ответить, если хочешь быть одновременно  продавцом мороженого, космонавтом, профессором в университете, певцом, учителем, артистом, археологом, ну и так далее... А ведь в большинстве случаев именно так и бывает: человек владеет целым миром, верит до поры до времени, что все будет как захочет он.  Все это так, пока нас не вгоняют в прокрустово ложе единственного ответа).
Именно этим - антиличностным подходом и определяется вся сфера так называемой профориентации. Между тем, на мой взгляд, человек может определиться со своим настоящим и будущим только если для него важно как раз, кто он сейчас, каков он, чем интересуется, о чем мечтает...
Хорошо ли, если человек в 14 лет знает, кем хочет быть? Само собой всплывает в голове  однозначное "да" - еще бы! Ведь, кажется, именно это понимание делает его самостоятельным, умным, ответственным, наконец, ценным в глазах взрослого мира.
А вот мне, знаете ли, кажется, что это скорее плохо - знать в 14 лет кем ты будешь. Когда уже в четырнадцать прорыта для человека колея на всю, с позволения сказать, жизнь, упирающаяся в могилу...  14 (13, 15,16) - чудесный возраст, когда так здорово прикидывать и проверять на самих себе самые разные возможности, пробовать их на вкус, трогать руками, сомневаться, решать заново, думать и передумывать... Что же хорошего в том, что человек отрезает все эти чудеса и принимает "единственно правильное решение"?
Конечно, у человека может быть выраженная склонность к какому-то занятию, но ведь склонностей этих часто намного больше одной, разве нет? Да и часто ли соответствует этой склонности профессиональный выбор?
Молодому человеку диктуется необходимость как можно скорее определяться с будущей профессией, а иначе... Впрочем, что именно произойдет иначе, отдается на откуп фантазии говорящего взрослого. Тут и занятия общественной уборкой, и нищенское существование, и презрение родственников и друзей и прочая, прочая, прочая...
А между тем наша цель должна быть прямо противоположной: создание уверенности человека в собственной - личностной - ценности. Ведь только понимая кто он, чего хочет, чем интересуется (при всей условности этих вопросов), он сможет  ответить и на вопрос, какая сфера принесет ему максимальную самореализацию. Иначе у него попросту нет инструментов для поиска этой сферы.
Настоящая профориентация именно в том и состоит, чтобы создать условия, при которых человек поверит, что может быть тем, кем захочет, поймет какие инструменты ему интересны, необходимы. Условия, в которых возможно учиться понимать себя, свои желания, свое предназначение, наконец. Понимать где, в какой области самопознание и взаимодействие с миром будет наиболее ярким и развивающим.
Можно и нужно менять направления, можно и нужно пробовать новое, можно и нужно брать тайм-ауты.  Бывает страшно? Конечно, еще как! Именно поэтому целые поколения выдумывали миф о том, что одно место работы на всю жизнь - это и есть настоящая романтика, что приняв однажды решение о будущей профессии, ни в коем случае нельзя его менять, даже если очень хочется, даже если мир изменился, даже если от работы ужасно тошнит.
Однако, кроме личных страхов, есть еще причины, по которым сфера профессионального самоопределения оказалась вывернутой наизнанку.
Давайте зададимся простыми старыми вопросами: Cui prodest? Cui bono? Кому выгодно, чтобы человек как можно раньше связывал себя какими-либо (в данном случае, профессиональными) обязательствами? Чтобы как можно раньше его дорожка была ясна или хотя бы предсказуема?
Боюсь, раз за разом мы утыкаемся в один и тот же ответ: такая постановка вопроса выгодна только тем, кто хотел бы управлять нами и нашими детьми. Управлять так, как удобно им. Если хотите, мы можем использовать слова система или государство - как вам привычнее. Ни в одной сфере не существует такой (умышленной!!) путаницы между тем, что нужно государству и тем, чего ищет личность. Государство, наверное, можно понять...
Ведь это и правда чертовски удобно, когда впереди одна колея - прямая как стрела, когда нормой становится отсутствие фантазий о собственном будущем, настоящем и прошлом. Как будто специально (думаю, что так оно и есть) создается иллюзия: знание того, кем ты хочешь стать и является самоцелью. Выбить из человека это признание, а затем связать его собственным словом - желательно на всю жизнь.
Мы ведь так удобны, когда уже в 14 лет понятно, чего от нас ждать, когда мы сами начинаем верить в то, что меняться, придумывать, расширять рамки, проверять новые дороги, отказываться от прежних решений - это плохо, а истиной ценностью является одна дорога, одна профессия, одно место работы… Одна - та самая - колея.
Государство понять, наверное, можно. А нас?...

"У меня такой характер, ты со мною не шути.."

Что и говорить, с рождением ребенка родители оказываются в сложнейшей ситуации. Посудите сами: жена выбирает мужа, муж - жену. Мы выбираем друзей, приятелей по работе, иногда даже соседей. Ребенок же приходит сам. Таким, каким приходит. Что же тут поделать? Нужно научиться как-то с этим жить. А бывает непросто, ох как непросто... Впрочем, вы и сами знаете. "Родителей не выбирают", гласит поговорка. Позвольте, но ведь детей же не выбирают точно так же! Вот только эту истину мы частенько забываем.

В семье появляется новый человек: каков он? Из всего бесконечного многообразия характеров, какой достался ему? Будет он порывист или рассудителен, решителен или опаслив? Из тех ли он, кто с удовольствием засыпает при первой возможности или может часами куролесить, будучи уверенным, что стоит только заснуть, как начнется самое интересное. Тот ли, кто верит каждому слову старших или ему обязательно нужно все проверить, потрогать, во всем убедиться самому?

Люди не просто разные: в большинстве случаев они никак не могут стать другими. Педагогическая фантазия о том, что любое качество можно воспитать - не более чем шарлатанский домысел... Ах, как хотелось бы, чтобы именно так и было. По-нашему. Существует, скажем, у мамы фантазия, что ребенку жизненно необходимо есть вареную морковь, щелкнула она пальцами - и пожалуйста. Считает папа, что мальчик обязательно должен любить конструкторы, прошептал заклинание - и каждый вечер получает собранный сыном самолет.
На деле, конечно, все иначе. Губительное для роста человека противостояние характеров может начаться практически с рождения. И начинается оно с отрицания самого факта наличия характера ребенка. "Мне не важно, каков твой вкус, будешь есть морковь, и все тут!" Или еще похлеще: "нет у детей никакого вкуса! Все формируется!" Думаете, придумал? Если бы...
Такая позиция, подкрепленная чаще всего неким дремучим мифом о пользе и вреде, делает несчастными в первую очередь самих родителей. Снова получают они, несчастные, борьбу вместо любви.
А ведь, казалось бы, как просто: если мой друг не любит морковь, мне, конечно же не придет в голову насильно кормить его ею. Еще бы, о вкусах ведь не спорят! Но как будто нас подменяют, когда мы имеем дело с детьми.
Часто слышу: ведь это же ненормально, что она не спит днем! Или "он совершенно не готов ходить со мной на лыжах, но часами может собирать конструктор". И как удивительно меняется жизнь родителей, воспользовавшихся советом: так и не укладывайте ее днем, пусть пораньше ляжет вечером". Да что вы?! А так разве можно?!! - Ну а почему же нет? Ведь это и есть личностное проявление вашего ребенка. И, заметим, свободу удивительным образом обретают оба.
Тревожная мама заявляет: мой сын слишком присматривается к людям, он устанавливает контакт долго, очень долго... Он может оставаться один, пока не удостоверится, что это именно тот человек, который ему нужен. "У него будет мало друзей, - волнуется мама. Он будет одинок".
Другая - наоборот сетует на то, что пятилетняя дочь "неразборчива в связях" - уже через пять минут оказывается лучшей подругой всех на детской площадке. "Как она будет жить, ведь нужно сначала изучить человека, а потом уже дружить с ним".
Два таких разных характера. Вернее сказать, четыре характера. (Иногда думаю: хорошо бы этим мамам поменяться детьми - всем на радость). А ведь по сути ситуация проста. Да и ситуации-то никакой тут нет: вот такой ребенок вам достался. И все тут. А вот из этой точки уже существуют разные пути: можно принять этот характер и дальше - взаимодействовать с ним, обсуждать, предлагать попробовать новое, изобретать вместе новые модели поведения. А можно пойти прямо противоположные путем: потратить неимоверное количество сил на то, чтобы поменять человека. Шансы невелики, но они есть. Но в погоне за очередной химерой - за собственным представлением о том, каким должен быть другой человек - мы снова теряем так много: отношения, непосредственность, взаимодействие.
Человек уже не знает, чего хочет, не может разделить себя и других и в итоге начисто лишается субъективного понимания "что такое хорошо, что такое плохо".
Можно только пожалеть самих себя, если мы живем таким подходом. Где радость общения? Где познание другой личности? Где непосредственное общение?
Как же скучно твердо знать, как правильно и как неправильно поступать другому человеку! Не говоря уже о том, что такой подход неминуемо приводит к страшнейшим разочарованиям: никогда другой человек не будет вести себя так, как хочется нам.
Мне кажется, эту истину необходимо снова и снова повторять, какой бы банальной она ни казалась: все люди разные! И, разумеется, этот принцип действует и внутри семьи. Любой.

Я, конечно, не веду речь о привычках, общественных нормах и т.п. Естественно, человек приобретает навыки, учится взаимодействовать с миром, обучается, социализируется. Но всегда - в полном соответствии со своей индивидуальностью, с собственным характером.

Главное, "педагогическое" действие, которое должны совершать родители, это наблюдение. Снова и снова наблюдать и изучать, познавать, каков он, ваш ребенок. Ведь без этого знания так трудно помочь, посоветовать.
Вас ждет множество неожиданных и, поверьте, удивительных открытий. Только главное - не творить кумира из собственного детства, собственных привычек, из уверенности в собственной безоговорочной правоте.
Никогда не мешает проверить, не забыли ли вы познакомиться. Я знал людей, которые и после 20 лет совместной жизни так и не были знакомы со своими детьми, так и считали, что имеют дело с прихотями, неумением жить по правилам, а не с человеческим характером.

Не будем забывать, однако, и о разнице между характером и моделями поведения. Скажем, человек никак не научится чистить зубы: характер тут совершенно ни при чем. Это определенная модель, которая принята (или, увы, не принята) в семье. Мама чистит, папа чистит, я чищу... Ну или скоро начну чистить. Или другой пример: ребенок в возрасте трех лет вдруг начинает кричать по любому поводу. Вероятно, он принимает чью-то модель поведения. Проверьте, чью. Может ли такое поведения стать частью характера? Конечно. Как мы помним, посеешь поступок - пожнешь привычку, посеешь привычку - пожнешь характер. А бывает и обратная путаница. "Он с рождения плачет по любому поводу". Что ж, вероятно, мы имеем дело с определенным характером. Он пессимист и пока не умеет выражать свои чувства иначе. Давайте вместе учиться, давайте пробовать другие модели, но ни в коем случае не ломать. Для этого достаточно просто помнить, что мы имеем дело с другой личностью.
И еще одно. Как всегда в педагогике, все действия взаимны. "Педагогическое действие" ребенка подобно нашему. Он тоже наблюдает. С самого начала. Так и происходит взаимодействие характеров, взаимознакомство, если хотите - взаимная притирка. Взаимная! Это очень важно!
Такое отношение способно подарить удивительные и очень дорогие моменты, когда родители могут позволить себе сказать: "Вот он какой! А я и не знал! У меня ведь совсем нет такого качества - надо бы ему научиться от сына" Или "как же круто умеет чувствовать моя дочь. Буду учиться у нее". И конечно, наоборот, когда дети могут воспринимать подобным образом собственных родителей.
А дальше - практика.